Политолог, создатель и Почетный Председатель Президиума Совета по внешней и оборонной политике — о западноцентризме и необходимости переломить волю Запада.
Сергей Караганов: «Мир усеян могилами великих держав, потерявших национальную идею»
Политолог, создатель и Почетный Председатель Президиума Совета по внешней и оборонной политике — о западноцентризме и необходимости переломить волю Запада.
Евгений Давутов — для GEOFOR и газеты «Культура»
— Сергей Александрович, «умом Россию не понять»? По-прежнему? Или что-то изменилось в нашем культурном коде?
— Я надеюсь, что нет. Мы стали гораздо более сложными. Со времен этого стихотворения прошло более 150 лет, но культурный код изменился не слишком сильно. В Россию, конечно, нужно верить. Особенно учитывая нашу историю, наш размах. До конца Россию не понять. Я всегда вспоминаю слова фельдмаршала Миниха, который говорил, что «Россия управляется прямо Богом». Может быть он преувеличил, но во многом это так.
— Вы утверждаете, что западные элиты, во многом справедливо, видят один из корней своих проблем в России, которая, защищая свою безопасность и суверенитет, подорвала пятивековой фундамент, на котором стояла система культурного, политического, экономического и военного превосходства, грабежа. Кем и когда этот фундамент был заложен?
— Этот фундамент был заложен в XVI-XVII веках, когда в силу целого ряда причин Европа создала лучшее оружие, военную организацию и получила военное превосходство. Сначала португальцы с испанцами и голландцами, потом англичане начали завоевывать весь мир, навязывать ему колониальные условия, предлагать свою культуру, свои политические порядки. И эти пять веков как раз сейчас и заканчиваются. Главное — Запад лишается возможности перекачивать мировое ВНП, то есть богатство, в свою пользу.
— Получается, Украина принесла себя в жертву западным интересам, а мы опять мешаем?
— Я не знаю, принесла ли, потому что на Украине нет национальной элиты, она управляется воровской, компрадорской хунтой, которая продала свой народ в ландскнехты Западу. Поэтому украинцам, живущим на Украине, можно сочувствовать, хотя их идеологически тяжко обработали, превратили в значительной степени в русофобов. Что касается Запада, то он пытается остановить свое быстрое падение вниз, которое началось в 1960-ые, потом было прервано советским развалом в 1990-ые и с 2007-2008 годов возобновилось и идет по нарастающей. Украина лишь один, хотя и очень важный для Запада, из боев арьергардной агрессии. Он пытается удержать свои доминирующие позиции, бессовестно превратив украинских жителей в пушечное мясо.
— А в какой ситуации находилась бы сейчас Россия, если бы 24 февраля 2022 года не началась СВО?
— Она находилась бы в ситуации чуть более внешне комфортной, чем сейчас, но ей бы угрожала гораздо более тяжелая война, и она бы не добилась тех успехов, целей, которых уже достигла. Война была абсолютно неизбежна. Я об этом много раз писал и говорил в том числе 25 лет назад, когда Россия, в припадке слабости и частично прекраснодушия, подписала Основополагающий акт Россия-НАТО, который де-факто легитимизировал дальнейшее расширение союза. И тогда, и потом я писал, что это все непременно окончится войной, потому что, кроме собственно расширения НАТО, копилось огромное количество противоречий, которые толкали мир, в первую очередь теряющий свои позиции Запад, к войне. Я бы предпочел, чтобы она началась пораньше, где-нибудь в году 2018-2019, но не знаю тогдашнего соотношения сил и тогдашних расчетов. Мы копили силы, но копил силы и противник, то есть Запад на Украине. Идеально это надо было делать намного раньше — в 2014 году. Можно было использовать тот энтузиазм и подъем, растерянность режима в Киеве, который пришел после госпереворота, но тогда не случилось. Сейчас мы, конечно, стали гораздо сильнее, у нас, наконец, достигнута полная продовольственная безопасность.
Что касается того, что происходило бы у нас, если бы не началась СВО, то мы бы болтались в проруби, не понимая до конца, с кем имеем дело и куда нам идти. Сейчас, за эти полтора с небольшим года, уже произошли крупные позитивные сдвиги. Пошла массовая национализация элиты и ее сознания. Мы избавляемся очень быстро с помощью Запада от компрадорской буржуазии, прослойка которой была чудовищно раздута из-за дурацких реформ 1990-х годов, и свойственного ей типа мышления.
— Идет специальная военная операция, а в мирной жизни ничего не изменилось, хотя СМИ постоянно призывают нас к мобилизации общества. В нашей духовной культуре что-то не так?
— Я уже сказал о национализации мышления элиты и ликвидации, теперь уже убогого, западноцентризма и компрадорской буржуазии. Еще одна из целей операции, я полагаю, как раз подъем народного духа и, в том числе, культуры. То, что я сейчас вижу, мне очень нравится. Появляются сильные произведения, мощные, на грани великих, пьесы, интересная литература. Я вижу пробуждение, то, что мы можем назвать народным духом. Например, «Война и мир» Юрия Грымова и «Эйнштейн и Маргарита» режиссера Александра Марина.
— Как вы считаете, в данный исторический момент у России есть национальная идея?
— Да. Национальная идея есть, конечно. Но она, к сожалению, не сформулирована, и это большая ошибка. Нам нужна национальная русская мечта, образ того, к чему мы хотим стремиться и к чему хотим вести мир. Такую мечту довольно легко сформулировать. Но это должно происходить через серьезные разговоры в обществе. Сейчас меня сильно раздражает и беспокоит, что средние слои руководящей прослойки тормозят этот процесс, боятся, или для них это просто чуждо. Но я знаю, что без великих идей великие державы перестают быть великими или просто погибают. Весь мир усеян могилами или тенями великих в прошлом держав, которые потеряли национальную идею.
— Мне кажется, что нашу национальную идею частично сформулировал Лев Николаевич Толстой в своем романе «Война и мир: «...ежели люди порочные связаны между собой и составляют силу, то людям честным надо сделать только то же самое».
— Я знаю эту фразу и люблю ее. Но мне кажется, она не тянет на русскую мечту. Это правильные идеи. Это нужно делать. Безусловно. Но у нашей страны, у нашего народа есть нечто большее, что предъявить себе и миру. Просто пока мы этого боимся.
— А какая сейчас главная линия России в геополитике?
— Сейчас самый главный процесс, который происходит в мире, — это даже не подъем глобального большинства, тех, кого мы раньше называли незападом. Самый главный процесс, коренной — это очень быстрое падение моральных, геополитических, экономических позиций Запада и его отчаянная борьба за сохранение своих прежних привилегированных позиций в мировой системе. Это самая ключевая определяющая нынешней мировой политики. Именно она является главным источником всех напряжений, в том числе и военной операции на Украине.
— «Российское могущество прирастать будет Сибирью и Северным океаном и достигнет до главных поселений европейских в Азии и в Америке». Вы верите в это предсказание Ломоносова?
— Во-первых, это предсказание частично сбылось. И сбылось, кстати говоря, еще до Ломоносова. Потому что если бы Россия со времен Ивана Грозного не прирастала бы Сибирью, она не стала бы великой державой, а она уже стала великой в значительной степени за счет сибирских ресурсов и территорий. Оттуда шли караваны товаров, купленных за мягкую рухлядь в Китае, серебро, золото. Огромные деньги, на которые Российская Империя смогла усилиться. Один из подсчетов говорил, что только один караван, который шел из Китая через Россию, приносил в казну денег, достаточных для того, чтобы Петру I можно было экипировать полк. Мне совершенно очевидно, что Россия не состоялась бы как великая держава без Сибири. Мы не выдержали бы натиска Запада, а, может быть, и с юга на Среднерусской равнине. А если бы вдруг и выдержали бы, но превратились при этом в православное подобие Польши, а это звучит унизительно. Сейчас Сибирь, конечно же, источник нашей будущей силы, потому что мир перемещается в Азию, и Россия имеет уникальные конкурентные преимущества для нового азиатского века. Там не хватает воды, ресурсов, плодородных почв, а мы можем предоставить очень многое. Поэтому у меня не вызывает никаких сомнений, что будущее России, центр России должны двигаться к Уралу, к Сибири. Я говорил об этом многие годы. Нам нужна третья сибирская столица.
— Одна из целей СВО, по вашему утверждению, — прекращение военно-политической экспансии Запада, которая неминуемо приведет к термоядерной войне. Как вы думаете, нам удастся обеспечить хотя бы краткосрочный мир для того, чтобы реализовать сибирский и другие большие проекты?
— Нам сейчас нужно переломить волю Запада. Его борьба за сохранение остатков своей гегемонии ведет мир к термоядерной Третьей мировой войне. Нам нужно дать им бой, сломать им волю к агрессивному сопротивлению, заставить отступить, занять нормальное, даже достойное место и заняться, наконец, своими кризисами. Но для этого нужно сначала победить в этом противостоянии. Запад должен отступить. Надеюсь, без применения ядерного оружия.
— Петр I назвал битву при Лесной матерью Полтавской Виктории, а матерью чего может стать СВО?
— Я думаю, СВО может стать матерью обновленной России. Идет обновление элиты. Солдаты и офицеры, которые сражаются, составят костяк новой российской элиты. Точно так же, как солдаты и офицеры ВОВ составили костяк советской элиты в самые светлые и успешные годы развития СССР — в 50-60-ые. Поэтому нужно побеждать.
— Какие вы видите перспективы геополитической карты мира?
— Я смотрю на карту будущего с энтузиазмом. Юг поднимается, в том числе благодаря тому, что мы подрубили основы доминирования Запада, его военное превосходство над великими цивилизациями. Посмотрите, что творится в Турции. Поднимаются арабский мир, Индия, Персия, Китай. Поэтому нам нужно сейчас стабилизировать западное направление, нанести там достаточно серьезное поражение, надеюсь, без лишних жертв, чтобы он просто отступил. А дальше заняться строительством новой Евразии и нового мира, привлекая через 10-15 лет, когда в Европе пройдет самоочищение от нынешней мути, какие-то из европейских стран.
— В одном из своих интервью вы перечислили качества человека, необходимые для достижения цели: знание, опыт, интуиция, воля. А что нужно России для достижения своих целей?
— Я не все сказал в своем интервью, должна еще быть любовь к себе, семье, готовность служить отечеству и вера в то, что над человеком есть что-то еще более высокое, или человек должен посвятить себя чему-то более высокому — Богу, если он верит. А России нужно сейчас самообновление, движение ее центра к Востоку, возрождение на новых основах своей великой культуры. Возвращаемся домой из трехсотлетнего путешествия по Западу, по Европе, которое хотя и дало очень много полезного, но принесло и чудовищное горе: две мировые войны, коммунистическую идеологию, которую у нас из мечты превратили в довольно жесткую реальность, другие заразы. Теперь нам нужно понять, кто мы есть. Я очень рад, что мои друзья и коллеги в Министерстве иностранных дел в новой Концепции внешней политики провозгласили Россию государством-цивилизацией. Я бы добавил к этому что мы цивилизация цивилизаций. Уникально открытый многокультурный, многонациональный, многоэтнический народ.
— Вы часто говорите, что те глобальные процессы, которые сейчас происходят, будут длиться 10-20 лет. Почему?
— Интуиция, плюс расчет на то, что яростно сопротивляющиеся глобалистские элиты Запада — компрадорские в Европе, глобалистские антинациональные в США — будут смыты во время всего этого напряжения, и придут более здоровые силы. Они принесут нам мало приятного, потому что Запад однозначно движется к фашизму и тоталитаризму. Но с ними можно будет о чем-то говорить, потому что нынешнее идеолого-моральное состояние большей части Запада, особенно его правящих кругов, делает их недееспособным партнером. И к тому же они уходят от человеческой культуры, от человеческой этики.
