Человек перед Богом! » Православие

Человек перед Богом! » Православие

иуда искариота не раскаялся и не повесился, к нему пришли люди Понтия Пилата выпустили кишки и повесили на осине, рядом рассыпали золото и серебро, которое эта сионская мартышка украла, он был хранителем кассы Апостолов, там было очень много денег и за этот ящик с деньгами иуда продал Христа!

Тайны Филателии // Церковь Святого Александра Невского в Белграде // Русские в Сербии-Югославии ...

Церковь Святого Александра Невского в Белграде, завершенная в 1930 году.

Храм Святого Георгия в Белграде (Чукарица), завершенный в 1932 году.

Обе церкви построены в сербско-византийском стиле. Общей фигурой в создании этих церквей является Василий Михайлович Андросов, русский архитектор, приехавший в Сербию после Октябрьской революции и разработавший архитектурный проект для этих церквей.

Не все знают, Сербия приняла у себя беженцев из погибшей Империи русских, кого должны были растерзать и убить сионисты-педерасты-марксисты-нацисты : мумия-бланк, троцкий, свердлов, каменев, зиновьев ...

***

Алексей Арсеньев // Жизнь русских эмигрантов в Сербии

Опубликовано в журнале Новый Журнал, номер 259, 2010

***

Сильно пострадавшее в балканских войнах и Первой мировой, но при помощи союзников одержавшее победу, Королевство Сербии в 1918 году вошло в состав Королевства Сербов, Хорватов и Словенцев (с 1929 г. – Югославия). Для русских беженцев оно оказалось одним из самых гостеприимных государств Европы; в 1919–1923 гг. Королевство СХС приняло гражданские и военные эшелоны российских граждан, эвакуировавшихся из портов Черного моря, а позднее – из беженских лагерей в Турции, Греции, Египте, на Мальте. Несомненно, этому способствовал молодой православный монарх – король Александр I Карагеоргиевич, воспитанник Пажеского корпуса в Петербурге, а также русофильские настроения политических партий, иерархи Сербской православной церкви и влиятельные представители интеллигенции. Новое государство на Балканах представляло реализацию идеи южнославянского единения, о котором в особенности мечтали сербы, веками разъединенные на этих территориях. Предоставляя временный приют русским беженцам, сербы отдавали дань признательности России за ее союзническую поддержку в войне с агрессорами.

Перед тем как первая беженская волна захлестнула страну, в Королевстве СХС уже находилось несколько тысяч российских граждан – военнопленных с Галицийского фронта 1914–1918 гг., солдат с Салоникского фронта 1917–1918 гг., а также одиночек, покинувших Россию после 1914 года.

Прибывшие с первой волной (начало мая – конец ноября 1919 г.), около 1600 человек, были беженцами так называемой 1-й «французской» эвакуации из Одессы. С мая 1919 г. в распределительном пункте в Белграде (т. н. «Доме чудес» – трамвайном депо на окраине города) о них заботился Русско-Югославянский комитет, имевший свои филиалы по всей стране. Второй поток, «англо-французская» эвакуация из Одессы (январь 1920 г.) и «английская» (или «сербская») эвакуация из Новороссийска (март 1920 г.), связанная с переговорами ген. Деникина и Милоша Ненадича, начальника дипломатической миссии Королевства СХС, составлял 7–8 тысяч беженцев, прибывавших партиями по железной дороге из Салоник или Софии. С 24 февраля 1920 г. в Белграде действовал Государственный комитет по устройству русских беженцев. Главным распределительным центром был пограничный пункт Гевгели на железнодорожном пути Салоники–Скопье.

После напряженных переговоров и подписания протокола с Англией (11 октября 1920 г.) страну захлестнули отсиживавшиеся на острове Лемнос – третья волна (27 октября – 17 ноября 1920 г.), всего 2053 человека. Эшелонами они грузились на пароход «Тамбов» и поездом прибывали из Салоник. О них заботилась созданная в июне 1920 г. Государственная комиссия по приему и устройству беженцев.

С четвертой эмиграционной волной (25 ноября – 23 декабря 1920) в Королевство СХС влилась самая многочисленная, «крымская», эвакуация. С пароходов «№ 206», «EasternVictor», «Szeged», «Siam», «Владимир», «Brisgavia», «Austria» и «Херсон» на берега Адриатического моря высадилось 21343 беженца, военных и штатских. Пятую волну (1 июня – 17 ноября 1921; февраль 1922; 5 мая 1923 г.) составляли новые эшелоны воинских подразделений Русской армии ген. Врангеля – всего 11750 человек1. Статистические данные об общем количестве беженцев, прибывших в Королевство СХС, варьируются от 34 до 74 тысяч. Если принять во внимание, что страна оказалась транзитной станцией для переезда русских во Францию и Бельгию (страны, нуждающиеся в мужской рабочей силе) и что среди эвакуированных солдат и казаков было распространено желание возвратиться на родину (и оно осуществилось), – можно доверить позднейшим переписям, согласно которым в стране осело примерно 44 тысячи подданных бывшей Российской империи.

Беженскую массу, осевшую в стране, составляли остатки Русской армии ген. П. Н. Врангеля и гражданские лица – семьи офицеров, административного аппарата южных городов России, несколько учебных заведений, люди свободных профессий, вдовы, сироты и военные инвалиды. Большие партии беженцев, высадившиеся с пароходов и поездов, некоторое время провели в карантине. Их размещали в казематах, крепостях, лазаретах, казармах, деревянных бараках, оставшихся от недавних военнопленных, и железнодорожных ангарах. Специальные государственные комиссии, международные филиалы Красного Креста и местные благотворительные общества прилагали усилия, чтобы временные пришельцы равномернее были распределены по всей территории страны. Все-таки подавляющее большинство людей осело в ее восточной, православной части – Сербии, хотя она была наиболее бедной, отсталой и потерпела от войны сильнее всего.

Инженер Георгий Владимирович Ярошевич (1909, Курск – 1996, Белград) вспоминал: «Было мне тогда 10 лет. Помню, в ноябре 1920 г. наш поезд из Салоник переехал границу. Мы проезжали сербские села, разрушенные и сожженные. Вдоль дороги попадались поля со следами недавних битв. На вокзалах крестьяне встречали наш поезд с горячим супом, чаем, молоком, бутербродами, жареным мясом, сыром… Постепенно нас стали рассредоточивать по городам… Отцепили вагон, и поезд продолжал дорогу. Ниш – отцепили вагон, Княжевац… Поехали дальше. Заечар… Неготин – последний вагон! В нем были мы.

Помню, толпа встретила нас на вокзале. "Русские приехали! Сербки в нарядных национальных костюмах, со сплошной вышивкой… Тотчас забрали нас, детей, увели в свои дома. Согрели, выкупали, накормили. Кровати стелены чистым, белоснежным бельем. Два года я не знал про кровать. Заботились, как с родными ...

Далее :

https://magazines.gorky.media/nj/2010/2 … 8474083653